«Влада. Восход Тёмных»: Вступление

— Я на прием к ведьме, — раздался низкий женский голос с лестничной площадки. – По рекомендации. Я не ошиблась, здесь принимает ведьма?

— Ну, разумеется! – миниатюрная девушка сняла дверную цепочку и уверенно распахнула дверь. – Входите.

В квартиру вплыла внушительная дама лет пятидесяти в цветастом костюме, сразу же заняв собой почти все пространство тесной прихожей. Ее настороженно-строгие глазки с разочарованием оглядели небогатую обстановку, подметив и пожелтевшие обои, и протертый линолеум, и затхлый запах старой мебели. Да и сама хозяйка квартиры как-то совершенно не походила на ведьму. Слишком яркий макияж и строгий узел волос на затылке как явная попытка показаться старше, но все равно видно, что очень юна, всего-то от силы лет девятнадцать…

— Тут ваш офис, что ли? – настороженно осведомилась дама. — Мне вас рекомендовала соседка, которой вы мужа в семью вернули. Очень хвалила, мда. Просто я думала, э-э… что вы как-то постарше. А вы точно… ведьма?

— Возраст не имеет значения, — неожиданно жестким голосом заявила девушка, с легкой неприязнью скользнув взглядом по летнему шарфу гостьи, на котором пестрели букетики цветущей сирени. – Моя мать лучшая знахарка и травница во всей Европе… была. Но сейчас по семейным обстоятельствам я практикую вместо нее. А в Выборге я временно, так что вам крупно повезло меня здесь застать.

— То есть порчу навести вы сможете, так ведь? – дама все еще колебалась. – Мне на одну паскуду это нужно сделать, но чтобы наверняка. Справитесь с порчей?

— Если вам давали рекомендации, то это странный вопрос, — ледяным тоном ответила юная ведьма. – Но если есть сомнения, я вас не задерживаю. Хотя не думаю, что в Выборге вы найдете специалиста с более высокой квалификацией, чем у меня.

С этими словами самоуверенная девица развернулась и скрылась за черными портьерами. Полная дама озадаченно повздыхала с минуту, после чего проследовала за ведьмой в комнату, такую же полутемную, как и прихожая.

Это уже было больше похоже на обиталище современной колдуньи: темные занавеси на окнах, пентаграммы на стене и связки сухих трав, разложенные на подоконнике, посреди – стол, застеленный черной скатертью, с которой мерцали огоньками черные свечи. По комнате плыл запах воска и каких-то пряных индийских благовоний.

— Фотография той, на которую нужно навести порчу, имеется? – деловито спросила ведьма, усаживаясь за стол. — Учтите, что с экрана телефона не пойдет. Никаких электронных версий, только бумажное фото.

— Есть-есть, про такие вещи меня предупредили, — клиентка полезла в сумку. – Такая тварь, даже представить себе не можете. Мой Вадик только в хороший институт поступил, только за ум взялся, и тут подворачивается эта шалава и разбивает буквально все…

Молодая ведьма, подперев подбородок, рассеянно слушала поток досады и злости, который лился от ее взволнованной клиентки. Сколько таких вот запутавшихся и озлобленных людей являлось к ней на порог, чтобы одним махом с помощью магии решить свои проблемы.

Устранить соперницу, свести в могилу тещу, отомстить обидчику на работе, покарать бросившего возлюбленного…

Работать приходилось в любом случае, даже если, вот как сейчас, клиентку хотелось выгнать вон. Колдовать приходилось даже на мелочевку, вроде блудного сбежавшего кота, чтобы тот явился домой, или когда безумной дачнице казалось, что соседка сглазила ей огород, поэтому всю клубнику склевали вороны.

Потому как деньги с помощью черной магии из пустоты не вытащить, увы. А ее семья отчаянно нуждалась в деньгах после всего, что с ними стряслось прошедшей зимой. У матери магия последние полгода не шла: не работали ритуалы даже на самые простые привороты и порчи, сгинул в поисках лучшей жизни и несостоявшийся жених Петька.

А ведь когда-то…

Ведьма на секунду зажмурила глаза, вспомнив это «когда-то».

Родная Москва и просторная квартира на Никитском бульваре, вереница богатых клиентов с приворотами на певичек и популярных актеров с самого утра. Мама, богатая и успешная черная ведьма, царила в этой квартире, расхаживая по комнатам в шелковом халате с пушистым котом на руках.

— Лиля! – раздавался ее зычный голос. – Как у тебя с работой на вчерашнего клиента, нормально порча легла?

— Да без проблем, мам, — беззаботно отзывалась Лиля с кухни, потягивая кофе и поглядывая в окно, где на Никитском бульваре в деревьях звенела весна.

Когда-то она, Лиля Кострова, радовалась этим весенним дням и старательно училась магии у матери, сидя с ноутбуком на сеансах и записывая колдовские штучки и тонкости. А по вечерам были уютные московские кафе и привычные девчоночьи посиделки с ведьмой Викой – самой близкой подругой. Две ведьмы обсуждали будущее, которое казалось вечным и обязательно прекрасным.

Теперь же Лиля очутилась вдали от Москвы, в далеком северном Выборге. Вернуться домой невозможно: в Москве ждет толпа обозленных клиентов, у которых слетели и колдовские защиты, и привороты, и каждый будет угрожать и требовать деньги назад. Поэтому московская квартира брошена и там копятся пыль и коммунальные долги, а впереди — полный беспросвет и тупик.

И все-таки смутный план дальнейших действий у Лили был. Напололеоновский и отчаянно-дерзкий, а какой же еще, если жизнь докатилась до самого дна?

Заработать денег, вернуться в Москву и начать заново магическую практику, заняв с годами высокий пост в Ведьмовстве. Может быть, даже подняться до уровня ковена, приближенного к Верховной ведьме. И тогда наконец-то, уже умудренная опытом, она свершит главную мечту – о мести.

Мести тому, кто унизил ее, кто издевался над всем Ведьмовством, кто держал ведьм в плену. Он – Морок, и он должен умереть, заплатить рано или поздно за разрушенную Лилькину жизнь и за пережитый ужас.

Этот ужас преследовал в снах, когда Лиле казалось, что она снова угодила в капкан и бродит по старому парку в помутнении рассудка. Снова вокруг было цветущее безжалостное  лето, из которого не вырваться и не спастись. Почти все Ведьмовство тогда угодило в ловушку, и она, Лиля, день за днем искала в гроздьях сирени семь лепестков. Нужно было их найти зачем-то, подчиняясь невидимому приказу  и не в силах вырваться на волю…

Кто-то из ведьм смог восстановиться после издевательств Морока, а вот Костровым не повезло. Только она одна из семьи, Лиля – сохранила остатки магии, мать же потеряла магическую силу и влачила безрадостное существование, вспоминая свои бывшие заслуги и надоедая бывшим коллегам просьбами о помощи.

Тайный мир жесток к проигравшим: Лиля осознала это, сразу повзрослев в свои девятнадцать лет, когда забота о матери остальной родне полностью свалилась на нее.

Новый, принятый в ночь на первое января нынешнего года закон, четко разграничил силы современного тайного мира. Кто-то возвысился и получил все, а кто-то – остался ни с чем. Надменный молодой Темнейший правит всей нечистью на земле, ведьмы отныне подчиняются Верховной: выскочке, которая неожиданно поднялась из самых низов, людскими же судьбами правит Морок. Мысленно ведьма каждый день и час проклинала это имя. И он тоже вознесся из самых низов: наглый безродный тролль Егор Бертилов стал Мороком – третьей стороной Конвенции и властителем человеческих иллюзий…

— Ч-что? – оторвалась ведьма от тяжелых мыслей, заметив, что клиентка выжидающе смотрит на нее, протягивая фото, где беззаботно смеялась обычная девчонка с копной непослушных кудрей.

— Паскуду, я спрашиваю, в могилу сведете? – повторила вопрос дама. – Смертельная порча нужна, чтобы наверняка.

— Смерти ее хотите? – Лилю слегка передернуло, настолько полное лицо клиентки напомнило сейчас свиное рыло, густо раскрашенное косметикой.

Ведьма положила фото жертвы перед собой, потом потянулась за колодой колдовских карт.

Те ложились на черную скатерть, рассказывая о будущей жертве совсем противоположные вещи. И не тварь вовсе, а по-настоящему и искренне влюбилась девчонка, и если свести в могилу ее – то останется парень один на свете до конца жизни. А на другой чаше весов – заработок на оплату съемной квартиры, продукты и… мечта о мести.

– Может быть… — Лиля чуть помедлила. – Может быть, просто расстроить свадьбу сына, сделать остуду на отношения?

— Нет, — непреклонно заявила гостья. – Хочу, чтобы эта наглая тварь сдохла. Порчу на смерть делайте, я заплачу любую цену. Я много заплачу, — весомо добавила она.

— Как скажете, — согласилась Лиля, стараясь подавить в себе сожаление о чужой загубленной жизни. – На смерть так на смерть. Через месяц невесты вашего сына не будет, я гарантирую.

Эта фраза клиентке понравилась, приличная сумма была выложена на соседний крохотный столик и ритуал начался.

Прикрыв глаза, ведьма начала читать заговор, монотонно и без запинки.

— Именем слышащего, силой карающего, чернотой черной, силой темной, заклинаю…

Воздух в комнате вдруг показался Лиле каким-то липким и неприятным. Она кашлянула, резко вдохнула, с досадой – ведь прерывать заговор нельзя и запинаться нельзя, и открыла глаза…

В комнате что-то происходило. В полутьме от мебели, от цветастого ковра плыли извилистые ручейки, будто предметы плавились и текли в угол, туда, где стояло большое зеркало. Огни свечей вытянулись тонкими желтыми нитями, словно их тащило невидимым и неощутимым ветром.

Зеркало в углу комнаты глухо гудело и вибрировало, сотрясая стены квартиры и затягивая в себя черные занавеси. С каждой секундой это усиливалось: сорвалась со стены и ринулась по воздуху в черный провал деревянная пентаграмма, вспорхнули деньги со столика, потом взвились со стола и карты… Все исчезало в ревущем и грохочущем прямоугольнике зеркала, ставшим сейчас дырой в иное, страшное пространство.

Пронзительный визг перекрыл грохот: клиентка, схватившись за край стола, пыталась удержаться, в то время как ее вместе со стулом неудержимо тащило в бездну.

Очнувшись от шока, ведьма тут же сделала первое, что пришло в голову: начертила пальцем в воздухе руну «иса» в окружении двух «наузов». Это не сработало, пришлось повторить еще и еще, пока Лиля не вспомнила заклинание посильнее.

— Ставлю оковы, трижды сказано! – раздался ее крик среди бешеного рева и визга.

В тот же миг все резко стихло: летящая по воздуху очередная пентаграмма грохнулась вниз и разлетелась на куски, а клиентка, у которой уже посинело лицо от удушья, рухнула на пол. Кончик ее цветастого платка так наполовину и застрял в зеркале, где вместо черноты теперь колыхалась сизая муть.

Издав что-то вроде сдавленного кваканья, дама сорвала остатки шарфа с шеи и на четвереньках с удивительной для своей комплекции быстротой поползла вон из комнаты.

С лестницы уже доносился шум от перепуганных соседей: хлопали двери, слышались возмущенные голоса.

— Да сколько ж можно то, гнать отсюда таких бедовых жильцов! – визжала соседка снизу. – То кур черных режет, то костры на балконе жжет! А теперь еще и реактивный самолет ревел из квартиры – слышали?!

Ведьма, захлопнув дверь в квартиру и тяжело дыша, пыталась вернуть к жизни свой ноутбук, который пережил падение на пол и теперь долго не хотел включаться.

Катастрофа! Cо съемной квартиры, скорее всего, придется съезжать, да и про клиентов в Выборге уже можно забыть: cплетни о происшедшем теперь разлетятся по небольшому городу с быстротой ветрянки.

Наконец с экрана показался заголовок форума: «Закрытое Сообщество Ведьмовства».

Логин и пароль – пальцы дрожали, и войти в закрытый для посторонних чат удалось не с первой попытки.

«ВЕДЬМОВСТВО! Всем нашим!!! Срочно, срочно!»

Пальцы лихорадочно стучали по экрану, набирая панические фразы:

«Кто на связи! Тревога!!! Я Лилия Кострова… Дислокация – Выборг, практикую год на высшем уровне приворотной и порчельной специализации… при магическом действии во время ритуала произошла аномалия… АНОМАЛИЯ! Прорвался астрал или что-то еще хуже! А как же новая Конвенция нашего мира, ведь нам обещали спокойствие на века! ЧТО ПРОИСХОДИТ?!»