«Влада. Перекресток смерти»: Глава 4

Глава 4

Возвращение в Носферон

Утро началось со странного гула. Гул неприятно отзывался где-то в позвоночнике, от которого по спине разбегались волны озноба.

Влада, приоткрыв глаза и рассматривая приютившую ее комнату, долго лежала и размышляла о сегодняшнем дне. Комнат в родовом гнезде Янчеса было много, но жилых осталось только три — в остальных был начат и брошен никому не нужный ремонт.

Здесь Алекс потрудился на славу. По стенам пестрели новые обои: такая расцветка называлась «вырви глаз», но она была во вкусе Дашули, которая обожала все убийственное.

Спать пришлось на новом постельном белье, которое тоже было предназначено вовсе не для Влады. Ярко-багровое, с рисунком из черных зигзагов, оно, скорее, могло отбить сон у кого угодно. Под головой оказалась бархатная черная подушка с еще не сорванной этикеткой, которая теперь больно вонзилась в щеку.

Влада приподнялась на локте, пытаясь понять, где же источник гула. Землетрясение — в Петербурге? Но шкаф и стол стояли спокойно, занавески на окнах висели неподвижно, а гул показался просто звоном чугунных батарей. Все затихло, и Влада долго чистила зубы в ванной, думая о том, что ей предстоит.

В кухне обнаружился Диня: он восседал на высоком барном стуле и трагично прикладывал ко лбу банку с солеными помидорами.

— Слышала, да, как гудело? — простонал домовой, скосив глаза на Владу. — Мой дядька говорит, это штормит янв, буря на подходе. Пока еще жить можно, но в зловоротнях уже слышно…

— А где Раиса Петровна? — Влада решила, что лучше увести тему подальше от того, о чем думать не хотелось самой.

— Ивлевский монстр в шесть утра поскакал брать штурмом Зимний, — хмуро сострил Диня. — Бабка — жесть, полный вынос мозга, хотя пироги печет клевые. Когда Алекс понял, что прокололся, хотел ее обратно в Тверь отправить… Ага, щас. Это как борщевик Сосновского, попробуйте теперь избавиться, хи-хи… — Ливченко нервно хихикнул. — А Янчес альтруист, каких тайный мир не видывал! Взял и отдал Алексу свою зловоротню, лох крылатый. Но Дашке все мало, ей-то подавай дворец Темнейшего, а на меньшее фифа не согласна, да! Вся в бабку-монстра… — домовой озадаченно крякнул, почесав затылок.

— Не клеится у тебя карьера при дворе Темнейшего, да, Ливченко? — Влада позволила себе иронию, сообразив, что ее приятель не зря так возмущается поведением Даши. — Можешь устроиться как личный домовой к старшей Ивлевой. Хотя тебе трудно будет ей объяснить, кто ты такой. Не будешь же ты вечно прикидываться подростком, который никогда не повзрослеет.

— Ты бы вот молчала, Огнева, со своими подколками! — возмутился Диня. — Да, рассматриваю кандидатуру новой хозяйки, и что? С тобой ни за какие коврижки не останусь. Если ты здесь поселилась, я прямо сейчас рву когти.

— Угомонись, карьерист, — посоветовала Влада и, отодвинув банки на подоконнике, выглянула в окно кухни.

После начала ремонта кухня значительно увеличилась в размерах: очевидно, что Алекс, стремясь создать большую столовую в «дворцовом» стиле, снес ударом кулака стену между кухней и соседней комнатой. Теперь кухня кроме лишних двадцати метров обрела еще одно окно, выходящее прямо на Невский проспект.

Полдень над Невским сиял солнечный и холодный, вместо снега на тротуарах лежал сероватый лед, а прохожие бежали быстро, подняв воротники и пряча носы в шарфах.

Внизу Владу уже ждали: около тротуара на морозном солнце громоздились байки, вокруг стояли ребята в черном. Вампиры из свиты Муранова здесь по ее душу. Сверху виден светлый затылок Холода, что-то ему говорил Игнат Дымов, в странном ярком свитере с трудом узнавался Герка. А вот Гильса видно не было. Впрочем, должен был рухнуть мир, чтобы Муранов поджидал ее у дома, как какой-нибудь обычный человеческий парень.

Набросив куртку и оставив Ливченко демонстративно паковать свои вещи в огромный чемодан, Влада спустилась на улицу.

Кроме свиты Темнейшего там толпились еще и люди. Напряженное внимание было приковано к огромному черному внедорожнику, который нагло, в нарушение всех правил стоял прямо посреди тротуара.

Конечно, слово «огромный» для этой громады было даже недостаточно. Он был похож на монстра, который скалился на окружающий мир страшным бампером, сверкал красными огнями фар, и что самое ужасное, его поверхность пестрела черно-багровым узором из пауков. Точнее, узор увидел бы непосвященный. Влада же, едва взглянув, поняла: джип состоит из паучьей нежити, которая, как детали конструктора, сложилась в форму машины.

— А вот и хозяйка тачки, — Игнат Дымов указал на Владу, будто отвечая на ропот возмущенных людей. — С недобрым утрецом, неприкасаемая! Транспорт для вашего торжественного возвращения в Носферон подан, согласно приказу Темнейшего. Но вы тут припарковались на тротуаре, собрали зрителей. Нехорошо-с.

— Чего? — Влада растерялась. Предчувствие, что ключи, которые позвякивали в ее кармане, имеют прямое отношению к этому чудовищу, подтверждалось.

— Эй, тачку свою с дороги убирай! — донеслось от парней, стоящих неподалеку.

— Здравствуй, Влада, — сдержанно кивнул Герка. — Это твой зверь, чтобы было понятнее.

Игнат сделал широкий жест, указывая на страшный внедорожник. Кивнул и поднял одну бровь в приветствии даже Холод.

Происходило что-то странное: от Муранова она неизвестно за какие заслуги получила машину, а его свита изо всех сил старалась ей не хамить.

— Дымов, я не умею водить машину.

— Это мы не учли, не пришло в голову, — вдруг вмешался Герка с озадаченным видом. — Но знаешь, Огнева, это не совсем машина, это твоя личная охрана. Приказ Темнейшего, потому что мы не сможем за тобой по пятам ходить постоянно. Пока что за руль сяду я, а ты будешь учиться по ходу дела. Идет?

— Ага, — еле слышно высказался Холод, который стоял неподалеку. — Бал срывать кое-кто может, а тут сесть за руль боится.

Влада обвела взглядом лица вампиров, сразу представив, как они будут со смехом рассказывать Гильсу о ее трусости.

— Спасибо, ребята. Учить водить меня не надо. Сама как-нибудь разберусь.

Свита Муранова наблюдала с интересом, а вот от людей понеслись смешки, когда Влада села в машину, достала из кармана ключ и осторожно потрогала руль.

Внутри салон джипа ничем не отличался от обычной машины, разве что чехлы были с паутинными узорами да в огоньках на приборной панели четко угадывались злобные красные зрачки.

«Сама разберусь» — а как? Как вообще водят машины, если она даже в теории не представляет это себе? Димка Ацкий умеет, но где сейчас ее летучий друг и считает ли себя ее другом вообще — это теперь сложный вопрос.

Как вставить ключ зажигания — это движение она видела не раз.

Влада, сжав губы и сдвинув брови, сосредоточенно дернула какую-то непонятную ручку, начав жать на педали наугад. Машина тронулась, поехала. Нога надавила на педаль сильнее, и улица понеслась мимо как сумасшедшая.

— Ч-черт!

Влада, пытаясь затормозить, увидела, как на нее летит столб, и вскрикнула, ожидая удара. Но никакого удара не последовало: зажмурившись и закрыв лицо ладонями, Влада услышала только, как дружно грохнули хохотом глотки где-то за спиной.

— Эй, коза! — издевательским тоном окликнул ее один из людей-зевак. — Права купила, а водить не купила?

— Первый раз за руль садишься? — поддержал его другой. — А вот на тротуар машину смогла поставить…

— Подойди, пожалуйста, — отозвалась вдруг Влада, высунувшись в приоткрытое окно и улыбаясь с самым беззащитным видом, на который была способна.

— Зачем это? — опешил парень.

— Если боишься просто подойти, так и скажи, — Влада уже понимала, что парень подойдет.

Да и как не подойти, если его на глазах у приятелей подозвала красивая девчонка. Все-таки, несмотря на бледность, Влада и без косметики смотрелась прекрасно, да еще и со сверкающими на солнце волосами.

Неспешным шагом насмешник приблизился, встав недалеко, на расстоянии вытянутой руки от водительской двери.

Влада, резко подняв на него глаза, вдохнула и задержала дыхание, ощутив эмоции и мысли жертвы, стоящей от нее так близко.

Вот он, Сережа, водить машину умеет с пятнадцати лет и лихо гоняет уже десять лет. Особенно любит гонки, и его мать постоянно орет, что он доездится рано или поздно. Мать глупая, ей не понять этой эйфории, когда ржавая «девятка», оглушая ревом ночной Московский проспект, летит словно в космос.

А сейчас жгучая зависть грызла его бензиново-кожаное сердце. Почему сопливой девчонке, пусть и симпатичной, достался такой джип, а он на приличную тачку никогда не заработает?! Да она и водить-то не умеет! А вот будь эта машина его, он бы…

Эх, как здорово было бы сейчас повернуть ключ зажигания, переключиться с нейтральной скорости на первую, втопить газ, бросить сцепление, и когда железный зверь с визгом колес рванет вперед, дернуть вторую передачу, снова газ — и третью, снова газ — и четвертую…

— Спасибо, свободен, — Влада улыбнулась застывшему в своих мечтах Сереже.

Тот, ощутив головокружение, отшатнулся и ошарашенно посмотрел на странную девушку. Теперь она уже не столько нравилась ему, сколько пугала. Осознание того, что его может напугать девчонка одним взглядом, потрясло так, что он задохнулся.

— Ведьма… — Сергей попятился назад, потом повернулся и бросился быстрым шагом прочь, не слыша, как его окликают приятели.

Завистливые мысли парня сейчас пришлись очень кстати: Влада в точности повторила все, что пронеслось у нее перед глазами, как краткий курс вождения. Повернув ключ зажигания, дернула ручку передач, отпустила сцепление и лихо тронулась с места. Съехав с тротуара на Невский проспект, стала набирать скорость.

Свита Муранова рванулась следом и поравнялась с ней: сбоку взревел байк Игната, который несся почти рядом.

— Спятила — так лихачить?! — послышался окрик Игната в распахнутое окно.

— Держись подальше, я тормозить не умею! — прокричала в ответ Влада. — На этот счет Темнейший инструкций вам не дал?

Влада, удерживая руль правой рукой, высунула левую в окно и поманила Игната пальцем: байк вампира резко вильнул вбок. Резкий гудок машины поблизости донес волну новых человеческих мыслей. Влада поймала их, перешла на другую передачу и вспомнила про переключение поворотников.

Странное ощущение, когда не тебя везут, а ты едешь сама. В глубине души вдруг пискнул детский восторг, пришлось сделать над собой усилие, чтобы снизить скорость и не мчать во весь опор.

Влада, приструнив себя, уверенно крутила руль, не забывая включать поворотники и поглядывая в зеркала по бокам. Через каких-то полчаса она уже спокойно проезжала по улицам, даже вывернула с Невского на Лиговский проспект, прокатилась по нему до Обводного канала и свернула в сторону Фонтанки.

Машина остановилась на красный свет, и Влада поймала взгляды прохожих: несколько девушек посмотрели на нее с заметной завистью, подумав, как здорово было бы им самим оказаться за рулем такого огромного и страшного внедорожника.

И все-таки на подъезде к универской зловоротне нервы сдали: на Конногвардейский бульвар джип влетел как ракета и с визгом тормозов едва не врезался в дерево около Темного Универа.

Как обычно, около входа в универ толпился темный народец, у которого сейчас не было пар, да и весть о прибытии несостоявшейся невесты Темнейшего в Носферон выгнала наружу особо любопытных.

Как вести себя?

Только не возвращаться в универ с поджатым хвостом и виноватым видом! Лучше выглядеть уверенно, несмотря на неприятно бухающее сердце и холод в животе. Влада, выйдя из машины, эффектно хлопнула дверцей и зашагала к зловоротне. Боковым зрением она успела заметить, что джип осел, качнулся, и в одну секунду рассыпался на паучью нежить, которая тут же скрылась в янве. Что ж, уже плюс — проблем с парковкой точно не будет.

Взгляды студентов сверлили, буравили, жгли. Ребята расступались перед ней, и даже при свете дня глаза нечисти сверкали настороженными отсветами желтого, красного, синего…

Здороваться со знакомыми или нет? В толпе мелькали знакомые лица: тролль Антон Колыванов, круглолицый упырь Марик Уткин, тролль Степка Маслов, оборотень Ромка Шнягин, очень удивленная Лизка Маркина…

Нет, лучше воздержаться от приветствий, если они могут остаться без ответа.

— Триумфальненько, — донеслось от одной из фурий, и это, пожалуй, было лучшее определение тому, что сейчас происходило.

Несколько шагов, и Влада на деревянных ногах вошла в зловоротню, оказавшись в вестибюле Носферона.

— Здрасьте, Буян Бухтоярович, — по привычке выпалила она, не сразу заметив, что вместо охранного домового на спинке стула висит его мохнатый тулуп. Сам Буян Бухтоярович в этот момент самозабвенно переругивался с завхозом, и ставший уже родным визг домовых разносился по вестибюлю. Влада прислушивалась к воплям, как меломан к хорошо знакомой музыке. Все-таки к некоторым раздражавшим раньше вещам начинаешь относиться иначе, стоит только подумать, что это потеряно навсегда.

Народу было немало. Но, завидев Владу, многие ребята озадаченно отходили в сторону или отворачивались.

Ничего другого ожидать не приходится, теперь остается только делать вид, что ей все равно. Муранов на горизонте не возник, а войти в спортзал не хватало духа — и так уже за спиной мерещилось шушуканье и ненавидящие взгляды. Влада даже вспомнила какой-то опыт из физики в прежней своей школе, что-то про неумолимые законы отталкивания… Даже тот, кого до сих пор она считала единственным другом, пока не появился.

«Ац меня видеть не рвется, преподов нет никого», — бесцельно шагая по вестибюлю, Влада отмечала про себя отсутствие привычного визгливого голоса Лины Кимовны или воплей Ады Фурьевны. Когда неловкость дошла до абсурда — нельзя же было уже в десятый раз делать круг мимо гардероба, — пришлось непринужденно подойти к стене с объявлениями.

«Ночные дежурные вылеты летучих не отменяют их появления на лекциях. Это будет приравнено к прогулам!» — информировало одно из объявлений. «Приезжим из других городов студентам получать постельные принадлежности у завхоза. Очередей и драк у душевых не устраивать!» — гласило второе. «Категорически запрещается распространять панические слухи и повторять домовые сплетни! Нарушители отстраняются от учебы на весь семестр или привлекаются к уборке территории» — грозно предупреждало третье.

Влада долго изучала расписание лекций, исчирканное поправками ввиду боевых тренировок или дежурств у ротонд. Сейчас, в три часа дня, у всех трех факультетов должны были идти лекции по разным аудиториям. Только красным фломастером кто-то зачеркнул их, написав поверх размашисто: «СПОРТЗАЛ — СТАРШИЕ КУРСЫ».

«Преподов нет и лекции отменены, раз ждут Бертилова», — догадалась Влада.

Стало быть, в спортзале уже полно народу. Влада добрела по пустым коридорам до его дверей и остановилась, не решаясь войти.

До нее доносился шум голосов, звуки прыжков и хлопки в ладоши. В миллиметровую щель приоткрытой двери виднелся декан вампиров, который показывал группе ребят какой-то боевой прием.

Вот и Алекс Муранов, встреча с которым если и не тревожила, то была болезненным уколом в числе всех прочих встреч.

К старшему брату Гильса Влада успела привязаться за годы знакомства так, будто он ее собственный брат. Называть Алекса «дядька», делиться проблемами и всегда получать поддержку — это было для нее бесценно. Разрушить это доверие оказалось не так-то легко. Надо же было Алексу поручить присматривать за своей ужасной Дашей именно ей, Владе! И теперь в тайном мире плюс один незаконно обращенный вампир, а у Влады минус замечательный старший брат…

«Смогла сорвать бал Темнейшего, а тут перед спортзалом трясешься», — обругала себя Влада, вспомнив слова Холода, и стремительно ворвалась внутрь, от растерянности чуть не пнув дверь ногой, как это обычно делал Гильс Муранов.

Спортзал был заполнен утренним холодным солнцем, которое косыми лучами пронизывало воздух и дробилось зайчиками в зеленой воде бассейна. Гулкие голоса стихли, когда Влада остановилась в дверях.

Да, такие взгляды были похуже фурьих плевков. И если после гибели Бертилова ее ненавидела половина Носферона, то после сорванного бала число недоброжелателей выросло процентов до двухсот. Хотя нет — увидев, как ей робко улыбается Дрина Веснич, процент ненависти можно было снизить на одну сотую.

— Что стоим? — резко повернулся к Владе декан вампиров. В руках у него вертелся шипящий огневик, которых иногда использовали в качестве мяча. — Спортивную форму надеваем, и на тренировку, живо!

— Формы нет, — брякнула Влада и вдруг поняла, что стоит перед Алексом в одежде, которую тот купил для своей Даши.

Черные джинсы с белыми карманами и яркий свитер с вышитой розой посредине были очень узнаваемы. Да и явилась она только что из квартиры, так и не ставшей домом для двух вампиров благодаря ей…

— Хотя бы спортивную футболку можно было найти, — Алекс отвернулся, и Влада мысленно перевела фразу: «Могла бы нагло откопать в тех вещах, которые я покупал не для тебя».

— Светляк! — гаркнул декан Вампируса, вдруг резким броском запустив огневика в сторону группы ребят.

Один из них, получив удар огневиком в живот, повалился в бассейн, подняв фонтан брызг. Огневик зашипел и взвился под своды спортзала, оставив после себя дымный след.

— Был бы вместо этого осиновый кол, уже сейчас бы топал во Тьму, тормоз, — прорычал Алекс. — Не зевать! Светляки всегда отвлекают сознательно! Стена Древних рухнула, ротонды светят все ярче, а некоторые все еще тупят, будто в тайном мире сонное царство и покой, как год назад! Сядьте уже куда-нибудь, Огнева!

Влада, ошарашенная обращением на «вы» от Алекса, неловко осела на дальнюю скамейку. Раньше Алмур был веселым, юморил и подтрунивал над студентами. Куда же все это делось…

Тем временем тренировка продолжалась. Алекс нарочно отвлекал студенток разговорами, одергивал или заставлял обернуться, после чего швырял в растяпу огневика. Вампирши ударов почти не пропускали, и каждое уклонение от удара зрители встречали хлопками в ладоши. А вот троллихи с кикиморами летали в бассейн постоянно, под свист и обидные комментарии.

— Алина, заменишь! — декан перекинул «мяч» одной из вампирш, сам отойдя в сторону.

Алина Готти, гибкая красавица с копной черных волос, замахнулась, и Влада, не успев среагировать, вдруг с удивлением ощутила, что огневик просвистел рядом с ней. Промахнулась ли студентка, или же сработал порог, но огневик за ее спиной с шипением влетел в шведскую стенку, срикошетил на чей-то рюкзак с вещами и исчез. В спортзале запахло палеными тряпками.

— Что ж ты, Аля, — без злости попенял Алекс. — Гнев никогда не помогает меткости броска. Учись нападать с холодным сердцем!

— Гнев, да! — Алина сжала кулаки. — Я не понимаю, почему Огневу пропустили в Носфер, хоть вы в меня сто осиновых кольев швырните! Вампир она самый сильный в чем? В том, что ей дозволено то, что нельзя больше никому?

В спортзале повисла неприятная тишина. Ребята молчали, не вмешался и Алекс, словно чего-то ждал. Потом в гробовой тишине раздался скрип дальней скамьи, кто-то встал и пошел по спортзалу, пиная лежащие на полу матрасы и рюкзаки.

Ацкий молча плюхнулся на скамейку рядом с Владой, вытянув перед собой босые ноги.

— Заткнитесь, кто особо нервный, — с вызовом заявил валькер. — Не вашего ума дело, почему она вернулась в Носфер. Значит, так надо.

Когда с души падает громадный камень, возникает именно такое ощущение — внезапной радости и легкости. Влада выдохнула и распрямила плечи, вдруг почувствовав, как внутренне сжималась и горбилась до этого.

Игнор, безжалостной стеной окруживший ее в Носфероне, дал трещину. Пусть отвернулись почти все, но остался Ацкий, хотя бы один-единственный друг, который не стал делать вид, что они не знакомы! Сейчас валькер что-то бубнил в сторону возмущенных девчонок, своим привычным отвязным тоном, вызывавшим приступы комплекса неполноценности у любого.

— Тихо ты, не бузи, — Влада толкнула Димку локтем. — Как живешь-то?

— Как все темные сейчас — стремно и… — Ацкий вполголоса выругался, сердито дернув крыльями. — Ты не в курсе совсем, что за эти дни случилось?

— Почти нет. Расскажи, что знаешь.

— Да-а, творится такая фигня уже десять дней, — протянул Ац. — Вообще, мы мало что понимаем. Стена Древних рухнула почти сразу. Казалось бы, светляки тут же в город рванут, начнется мясорубка. А они дальше ротонд не лезут, чего-то ждут. Янв тоже не радует, буря там начинается, как в Москве… Слышал от одного из домовых, что Тьма открывается, такие дела.

— А какое отношение к этому имеет Бертилов? Что об этом говорят?

В ответ Ацкий скорчил крайне красноречивую рожу, высунув язык и покрутив пальцем у виска.

— Лучше ты мне скажи, каким бесом наш тролль ко всему этому! — фыркнул он, потирая спину. — Вот серьезно, никто не верит в эти бредни, что он наследник Некроманта! С утра всех преподов из Носферона погнали, остальным сказали: будет заваруха, всем быть наготове. Это правда, что Бертилыч сегодня придет в Носфер?

— Вроде да.

В затылок Ацкому вдруг что-то прилетело, и валькер, обернувшись, поднял с пола самолетик, сложенный из страницы конспекта. Размашистым почерком поперек страницы было написано:

«Давай я тебе спинку мазью натру. Болит, да?»

Синицина, закусив губу, с виноватым видом хлопала ресницами с другого конца спортзала, не оставляя сомнений, что именно она автор этого послания.

— Спасибо, Варя, раньше надо было думать… обойдусь! — бросил валькер через плечо, одарив фурию равнодушным взглядом.

— Ну да, все прощается только Огневой, а мне нет, — донеслось от Вари. — А ведь из-за нее ты со светляками сцепился. Теперь вот под арестом в Носфере…

— Чего ты творил-то? — едва слышно прошептала Влада, снова пихнув Димку локтем. — Ац, ты чего?

— Вот еще мне не хватало, чтобы меня френдзона пилила, — зашипел на нее валькер. — Мало мне Адочки и разных фурий! Забей, это фигня полнейшая.

— Под арестом из-за меня, мог погибнуть, — голос Влады чуть дрогнул. — Не фигня, Ац.

— Да моя семейка только рада будет, а то у нас дома тесно, — отмахнулся тот в ответ. — Между прочим, вот я тебя ни о чем еще не спросил. Ни одного вопроса не задал, в душу не лезу!

— Ты прав, — смутилась Влада. — Прости.

— Да ла-адно… — протянул Ацкий. — Слушай, френдз, может, тебе мобила нужна? У меня есть лишняя про запас, если своя на высоте сядет. Старье, конечно, но даже скайп тянет. А то без связи не того.

— Спрашиваешь… Еще как нужна!

Теперь время было чем занять: Влада, получив от валькера потертый и даже местами обкусанный мобильник, принялась реанимировать свой скайп. Раза с десятого удалось вспомнить пароль, и Влада тут же поставила статус «невидимый», заметив, что многие однокурсники демонстративно удалили ее из скайпа.

Дрина и Марик, к счастью, этого не сделали. Оставил ее в списке контактов и Егор, который, как обычно, изощрялся в написании разных статусов в зависимости от жизненных потрясений. Вот, например, теперь его новый статус туманно гласил: «Фкомнатесбелымпотолкомсвидомнанадежду!!!».

Влада вдруг поняла, что почти боится предстоящей встречи. Она ведь только сказала Темнейшему два слова: «убедить-поговорить», но морально к разговору с Егором не готова. Как вообще можно подготовиться к встрече с тем, кто способен на любой подвох…

День между тем разлился неярким солнцем по спортзалу, жужжание девчоночьих голосов за спиной напоминало рой мух и даже убаюкивало Владу. Алекс беседовал о чем-то с вампиршами, сделав перерыв в тренировках.

Ац переместился на одну из дальних скамеек, где разлегся и подложил под голову чей-то рюкзак с вещами. Варя уселась прямо на пол около него, осторожно поглаживая бывшего друга по плечу. Они переговаривались очень тихо, причем валькеру явно вести эту беседу не хотелось.

Владе же пришлось слушать историю своих похождений с самого начала времен и по сей день. Да здравствуют сплетни, их не победить, они живы и неистребимы! Сейчас теории заговора про кошмарную Огневу переросли в фантастический сериал, бурное действие которого разворачивалось на девчоночьих языках.

Неприятной занозой оказалась фраза одной из студенток о том, что Муранов в долгу не остался и отомстил ей, потому с момента сорванного бала дома и не появлялся.

Заставив себя прекратить прислушиваться к сплетням, Влада всматривалась в окна, как будто тролль должен был торжественно пройти по бульвару и войти в зловоротню.

Время перевалило за три часа, а никого похожего на Бертилова там не было. Зато размашистыми шагами по Конногвардейскому бульвару шагала девица в черном пальто, ее светлые волосы развевались на ветру. Выражение лица у нее было самое ожесточенное, казалось, что вместо лица — неживая злая маска. Девица остановилась и с вызовом показала неприличный жест, словно зная, что за ней сейчас наблюдают из окон Темного Универа.

— О-о, смотрите… опять незаконка сюда тащится! — простонала Жанна Болотова, и все обернулись к окнам.

— В вестибюле же Вампирус дежурит, сейчас что-то будет! — вдруг завопила Варя, срываясь с места.

Алекс, отшвырнув мяч, ринулся к дверям. Не сговариваясь, ребята последовали за деканом вампиров.

Читать далее: Глава 5