Перейти к содержимому

Хроники Темного Универа: Влада и Маг-убийца

Третья книга серии “Хроники Темного Универа” выходит под названием “Влада и Маг-убийца”.

 

Я публикую вступление из книги. До выхода книги в печать остались считанные дни!

 

obl_3

Вступление

«Распоряжение.

В связи с нападением некромагии корпус Темного Университета для начальных курсов под названием Утесум подлежит закрытию. Все студенты начальных курсов переведены в корпус Носферон по адресу: г. Москва, ул. Сретенка, Сухаревская зловоротня.

Произошедшие события помещаются под гриф «секретно» и не подлежат разглашению.

Из распоряжения Темного Департамента от 28 ноября 2012 г.»

Прочитав писклявым тенорком этот текст, Управляющий Темным Департаментом, старый и хитрый оборотень Эдуард Вольфович Доденко отложил листок и посмотрел на Алекса Муранова.

Молодой вампир сидел за столом, наблюдая, как за окном темнеет хмурый московский день. В зеркально-полированной поверхности стола отражались рваные тучи и верхние этажи белого угловатого здания на Садовом кольце через дорогу напротив. В Темном Департаменте по адресу Лихов переулок, дом десять, шло тайное собрание в урезанном составе.

— Как прошло расследование произошедшего? — спросил оборотень, помешивая чертополоховый чай в изящной чашке мейсенского фарфора. — Алекс, вы собрали все необходимые свидетельства, материалы, документы об этом нападении? До начала учебного года в Носфероне осталась пара дней, мне нужна ясность в том, что происходит. Нам стоило огромных усилий подавить панику и слухи, которые поползли среди студентов и их родителей.

— Минуточку, — Алекс раскрыл папку. — Прежде всего, вот заключение нескольких ведьмаков, что на данный момент опасности повторения удара некромагии нет. Прошло три месяца, все тихо и спокойно. Ушло только несколько студентов, но по личным причинам. Все остальные возвращаются с каникул на учебу.

— Я жду объяснений, почему именно этого больше не повторится, а не «баю-бай, Эдуард Вольфович», — фыркнул шеф. — Прежде всего, я хочу услышать подробности о той студентке, которая подверглась нападению некромагии. А точнее, как я считаю, из-за которой это все и произошло.

— Минуточку, — Алекс принялся листать папку, пока его шеф потягивал чай из чашки с резными краями.

— А ведь еще полгода назад я бы поднял на смех того, что сказал бы мне, что в тайном мире может родиться… кхм… полукровка вампира с этими… — Эдуард Вольфович сделал выразительный бросок глазами за свою спину. — Со светлыми магами. По-лу-кров-ка… — последнее слово он произнес медленно, будто пробуя его на вкус.

— Итак, Огнева Влада, — Алекс нашел то, что искал в папке, и вытащил оттуда напечатанные листки с приклеенной сверху маленькой фотографией бледной темноволосой девочки. — Четырнадцать лет, родилась в Петербурге, там же и училась в обычной школе среди людей. Очень необычные волосы… Скорее всего, это следствие игры взаимоисключающих друг друга хромосом. Мать — Ольга Огнева, потомок семьи магов Венго. Ее местонахождение неизвестно. Отец, как выяснилось недавно — вампир…

— Как выяснилось недавно… Темный Департамент обо всем узнал последним! — Эдуард Вольфович вдруг изменился в лице и треснул кулаком по столу с такой силой, что изящная чашка подпрыгнула на нем, звякнув донышком. — Под носом у департамента творилось черт знает что! Вампир, этот Виктор Суморок, оставил семью ради девицы из магического рода! Бросил сына и сбежал к этой Ольге Огневой! Мало того, учился он через пень в колоду, а большую часть времени за него учились фантомы, которых делал его тролль-приятель! А?! Докатились?! Дочка у них с Ольгой родилась, а наша темная сторона ни сном, ни духом! Они, видите ли, скрывали, они прятались. Куда они пропали с Ольгой после рождения дочери, кто знает? Убили их, Алекс?

— Думаю, что да, — подумав, ответил вампир. — Ведьмаки не видят их среди живых… ну, вы понимаете, в каком я плане говорю.

— Значит, умерли. Или убиты. Поскольку обоим было по двадцать лет, и умереть от старости они никак не могли. И ребенок их рос бы в обычном мире, даже не подозревая о мире тайном, а мы бы ничего так и не знали! Если бы Виктор не оставил своему троллю-приятелю распоряжения на случай своей смерти. Тот тролль, Бельверг, вытаскивал всеми правдами и неправдами девчонку в тайный мир и устраивал в Темный Университет, выполняя распоряжение Виктора! Я не понимаю, как получилось, что эта Ольга влюбилась по уши в вампира и родила от него ребенка?! Она же из магов, они нас ненавидят, презирают! Кто теперь этот ребенок… Он их? Наш?! А?! Эта Влада — кто, чья?! Она вампир или маг?

— Эдуард Вольфович, — с подчеркнутым спокойствием произнес вампир, постучав ногтем по столу. — Вы… чашечку разобьете. А потом будете беситься и страдать. У нее и так все края отбиты и покусаны.

— Ошибаешься, это просто дорогой резной фарфор, в котором ты ничего не смыслишь, — раздраженно заметил оборотень, полюбовавшись чашкой и отодвигая ее подальше. — И не надо мне намекать на мое ранение. Да, я был ранен магами, и не стыжусь этого. Перекидываюсь в зверя иногда бесконтрольно. Но пить чай я буду только из достойных предметов! Терпи старика. Позлодействую, порву окончательно твою паршивую кожаную куртку, раздражает она меня… Костюм надо носить в Департамент, а у тебя еще и серьга в ухе! Тьфу, позор на мою седую голову! — Оборотень зарычал, ощерив желтоватые зубы за ярко-красными губами.

— Так, продолжаю доклад об Огневой, — с трудом сдержав улыбку, вампир начал листать черную папку. — Вампиром, как ее отец, она не является. Никаких признаков, кроме сильной анемии. Это недостаток железа в организме, который восполняется у вампиров кровью, — пояснил Алекс. — Характер не вампирский, ранима, есть комплексы и страхи…

— О-о-о! Не верю… Потомок светлых магов — и страхи. Да они считают себя пупом земли с рождения… — прорычал шеф.

— От магов тоже почти ничего. Есть базовая способность видеть нечисть, которая юркнула в янв, но этого слишком мало.

— Нет способностей мага, когда она из семейки самых сильных магов?! Бред… — прорычал Эдуард Вольфович и шумно выдохнул, сощурив глаза. — Ох, не верю я в эти сказки. А как они взбесились, да?! — Оборотень вдруг захохотал, подпрыгивая в кресле. Пейзаж за его спиной с изображением высокой башни, подписанный «Сухаревская», закачался на стене. — Можешь себе представить, как взбеленились маги, когда узнали, что их светлая полюбила одного из наших и родила ребенка? Как перекосились их светлые рожи, эх, жаль я не видел. Как говорится, получай, фашист, гранату. Накося, выкусите!

— Эдуард Вольфович, чашечка.

— Она не просто из семейки магов! — бушевал шеф. — Эти самые маги самые кровавые маги Трансильвании, у них руки по локти замараны в крови нечисти!

— А в наших учебниках истории говорится, что они герои, — осторожно напомнил Алекс.

— Еще бы, ведь нам же надо представлять историю так, как нам выгодно, — фыркнул оборотень. — Напиши мы в учебниках правду, что Венго — убийцы нечисти, так получится, что вообще никто из магов не имел положительных сторон. И тогда попробуйте объяснить нашей юной нечисти, что они должны соблюдать Конвенцию! А я тут не на уроке истории, потому скажу тебе — Венго не просто убивали наших. Они охотились на них, как на зверей! Хвалились и вели счет убитым, как трофеям! А вот уже когда темной крови пролилось слишком много, тогда они спохватились. Тогда они здорово струхнули, эти светлые маги, когда нарушили баланс мироздания! Ух, как они струхнули! Убивая нечисть, вгоняя деревянные колья в вампиров, они и не подозревали, что отправляют их в мир некромагии, в Тьму! Они и не думали, что те могут вернуться в страшном облике! Что об это говорит кафедра физики темной материи, Алекс? Тьма — это ведь — что?

— В щенячестве взорвал кафедру физики Носферона, когда хотел пообщаться с загробным миром нечисти, — эхом откликнулся Алекс, подыгрываю тон в тон своему шефу. — Но кафедра знает о Тьме почти столько же, сколько и остальные. Ни-че-го.

— О! — старый оборотень закивал, отхлебнув из чашки ярко-красный чай. — И я торчал на этой кафедре когда-то, но до взрывов не доходило. Мы знаем только, что Тьма наполнена некромагией, которая гибельна для нашего мира. Убитый магами вампир обретает там чудовищную силу, да еще и эти… Как называлась та тварь, которая напала на университет?

— Умертвие, — подсказал Алекс. — По последним сведениям кафедры физики темной материи, это сгусток некроэнергии чудовищной силы. Убивает прикосновением, оставляя в теле жертв иллюзию в виде изображения когтя. Уничтожает все живое легко и непринужденно.

— Вот умертвия-то и напугали тогда этих Венго, триста лет назад. Ах, как тогда было жарко в Европе! Трансильвания кипела, тайный мир был как одно поле битвы! Встали боком магам все войны и убийства. А когда у самих земля под ногами горит, то куда деваться?

— Венго выполнили свой долг, загнали обратно все, что вырвалось в этот мир, — не согласился Алекс. — Ценой жизни. Вся семья погибла.

— Вся семья… — проворчал оборотень. — Не вся, к сожалению. Дед-то этой девчонки остался живой, иначе ей и не родиться. Он, видите ли, не убийца был и не маг, потому и выжил. Светлый боевой маг, который был против убийств нечисти, который якшался с темными и считал многих из нас друзьями! Ах ты, ух ты! Мы так любим перебежчиков на нашу сторону. Но это все в прошлом, дела давние. Меня интересует настоящее. В настоящем мы имеем в своем Темном Университете потомка магов, чья кровь смешана с вампирской. И умертвие, которое пробралось в университет и говорило о долге этой девочки. Она должна освободить Тьму, выпустить всех, устроить миру новый апокалипсис. Я уверен, что рождение такого гибрида света и тьмы не случайно, а связано с магическими причинно-следственными связями. Мы в них не разбираемся, мы не маги. Алекс, как она может это сделать, каким образом?

— Открыть Тьму и устроить апокалипсис? — переспросил вампир. — Не может, я уверен. Она обычный человек. Она сама боится.

— Как такие дети называются, Алекс?

— Сироты, — подсказал вампир, но его шеф поморщился, махнув рукой.

— Нет, я про такую чудовищную помесь. Маг и вампир, а какое у них название? Вот странность, верно? Мы с тобой прекрасно знаем, что у магов информированность о событиях в тайном мире на порядок лучше, чем у нас. Они же, фюить! — Оборотень покрутил пальцем у виска. — У них ясновидение и дар. Как же они тринадцать лет упускали из вида существо, которое несет угрозу всему миру?! Спокойно смотрели, как она растет, пока мы ее не увели на свою темную сторону!

— Получается, они тоже не знали, как и мы. Прохлопали ушами.

Шеф Департамента с трудом подавил приступ ярости.

— Вот что, Алекс… — он сдавил переносицу пальцами. — Когда дело касается магов, тут все крайне запутано. Маги и интриги — это одно целое, — проворчал оборотень. — Та война закончилась, но продолжается совсем другая. Мы говорим молодому поколению темных, что сейчас мирное время, но и ты, и я прекрасно знаем, как иллюзорен мир. Маги, едва появится возможность, нанесут по нам удар. А сейчас идет эта бесконечное противостояние со взаимными пакостями и провокациями. Вчера мне опять звонили по поводу какой-то банды домовых из Петербурга. Я твердо знаю, что любой звоночек из Магиструма с вопросом: «Добрый день, как ваше здоровье, уважаемый Эдуард?» — означает, что они поймали кого-то из наших на нарушении Конвенции, и мне предстоит бессонная ночь. А ваш доклад ничего не прояснил, Алекс! Вот вам вопрос — она может открыть Тьму как потомок этих убийц Венго?

— Уверен, что нет.

— Уверен он! У-у-уверен… — протянул оборотень с подвыванием, нехорошо косясь на куртку Алекса. — Послушай, Муранов. Ошибаться может кто угодно, но не Департамент. Если мы прозеваем, когда эта девчонка станет смертельно опасной, когда она обретет способности… Вопрос, какие? — Эдуард Вольфович схватил чашку с чаем, но снова поставил ее обратно.

— Не знаю, — Алекс смотрел на шефа без улыбки.

— Он не знает! Тогда какой это доклад, если там в итоге «я не знаю»! Я хочу знать: она может общаться с Тьмой, она способна ею управлять? Или — только орудие во всех этих магических водоворотах? А если потребуется ее убить, Муранов? Именно вы получите приказ ее уничтожить в таком случае, вы в курсе?!

Алекс напрягся, сжав зубы.

— Вы же знаете, Эдуард Вольфович, что моя семья породнилась с этой девочкой определенным образом, — очень спокойно произнес вампир. — Мой младший брат взял ее под свое покровительство, как вампир.

— Ну да, ну да, — согласился оборотень. — Это меня несколько успокаивает. Это даже хорошо. Ваш младший брат смазливый юнец, я про него слышал. Моя секретарша держит на экране своего ноутбука его фото и прячет, когда я подхожу. Вот пусть ваш брат и опутает эту Огневу, как цепями! — прорычал оборотень. — Держит так, чтобы ни шагу не ступила в сторону! Чтобы каждое ее дыхание было под его контролем! Связь вампира и человека нерушима!

— Рушима, к сожалению, — остановил Алекс. — Но я надеюсь, что…

— Не желаю этого слышать! Ваш брат должен держать ее как муху в паутине! Вот! Да! Цепями! Мы ради этого переведем всех ее возможных конкуренток в другие отделения Носферона, подальше.

— Это уже перебор, Эдуард Вольфович! Гильсу еще пятнадцать лет…

— Алекс, это интересы тайного мира, — прищурился оборотень. — Не вздумайте им мешать. А ваш доклад, ему место вот где!

Оборотень лихо отшвырнул папку, и листки спланировали на пол, не долетев до квадратной сетчатой урны в углу кабинета.

Глаза Алекса вспыхнули на секунду ярко-багровым пламенем, но вампир быстро взял себя в руки.

— Понял. Я могу идти, Эдуард Вольфович? — мрачно спросил Алекс.

Ответа не последовало.

Облик оборотня изменился — теперь в кресле сидело нечто вроде полуволка-получеловека. Уши заострились, свернувшись по бокам, зрачки глаз сузились, подбородок выдвинулся вперед, рот искривился в неприятной ухмылке. Шеф Темного Департамента перешел в свое второе состояние, и дырявая куртка Алекса прекрасно помнила, чем это может закончиться. Локти оборотня так заострились и вытянулись, что прорвали рукава дорогого серого костюма, купленного на Новый год в ЦУМе. Драгоценная чашка мейсенского фарфора, поехав по столу от яростного дыхания шефа Департамента, трагически завершила свою недолгую жизнь на каменном полу кабинета.

Вскочив со стула, Алекс кивнул и быстро вышел за дверь, ускоряя шаги по коридору.

— Мур-р-ранов, я не собираюсь пить чай из обычного стекла… — послышалось из приоткрывшейся двери кабинета.

— Когда весь фарфор в Москве кончится, будешь хлебать чай из пластиковых стаканов, обормотень… — с раздражением пробормотал Алекс, стремительно заворачивая за угол коридора Темного Департамента.

Продолжение следует…